ГАШ гарик Владивосток

Э, брат, шо ты, охуел? Я тут от ганджи задохнуться хотел рассказать, а ты мне какую-то хуйню про гашиш и новый год влипаешь! Ну, ладно, буду рассказывать, только смотри, шоб не нахлобучило от моей истории, капишь?

Так вот, знаешь, однажды гонял я с одним пацаном, у него такие уебанские закладки были, что сразу глаза на лоб полезли. Прямо из рук вон плохие, но зато гудеть начали, как та Ашот на своем аппарате. Ну, я решил — надо себе тоже такую штуку завести, чтобы не кидать народ постоянно.

Пошел я значит на встречу с парнем, зашли мы в темный переулок, там он говорит, что аптечная штука, некий шприц Амбал, дорогой до хуя, но чтобы не зависнуть, приходилось задонатить нормальную сумму. Ну, что поделаешь, думаю, нахуй, временами можно и пожертвовать.

Вобщем, мува сделал, а ну и замутим ганджу, как тут не запрыгнешь на такую возможность? Достал я свои закладки, начал мешать, тут же такой кайф нахлобучило! Я даже не помню, сколько времени пролетело, только вспоминаю, что когда открыл глаза, уже новый год на дворе, а я все в лютом отрыве.

Сидим, значит, я и этот парень, на людей смотрим, по улице идут все всякие новогодние хуесосы, в шубах и снежки такие мутят. А нам какая разница? Мы же по-настоящему гопники, не какие-то там пиздюки в костюмах Деда Мороза. Хуле нам, что новый год? Главное — ганджа.

Ну, а потом, брат, началось веселье на полную катушку. Кругом бухло, дым, музыка громкая, все, что нужно настоящему гопнику. Мы двигаемся по улицам, встречаем наших своих, все нахлобучившимися. Вобщем, гуляли весь новый год, как последний раз закончим, а потом, хуле, будем жрать салаты и петь пиздюшки.

Конечно, потом пришлось подкачаться домой, пиздануться на кровать и отсыпаться сутки. Но что поделаешь, когда весь новый год в отрыве провел? Только и можно, что отдохнуть по полной, потом опять на полную катушку в разрез поедем.

Вывод: Новый год — это для слабаков. Гопники же знают, как встречать его настоящим кайфом и лютым отрывом. Кто-то может сказать, шо мы нахуй дебилы, но нам похуй, мы в своем деле точно разбираемся и никаких закладок не кидаем. Кто не понял, того и нахуй, в конце концов.

Подняв в свои сухие лапки пакет с загадочным содержимым, я отправился домой. Чувствуя тонкий запах гашиша, я улыбался как полный псих. Пара часов и несколько магических движений – и я уже смотрел аниме, думая, что сижу на крыше небоскреба и летаю над городом. Кокосы с пальмами, локоны ветра и вкус свободы – эти закладки меня просто повергали в умиление. – На-на лету 5 монеток, чувак! – рявкнул я соседу по сиденью в электричке, показывая дружеским пальцем, что ему пора давать деньги на мое существование. Собрался я с мыслями, понимая, что эта поездка – нечто большее, чем просто перемещение между городами. Заламывая руки и шепча психические молитвы, я готовился к самому невероятному путешествию в своей жизни. Вскоре на горизонте появилась троллейбусная электричка. Люди вокруг смотрели на меня, будто я оторвался от реальности и свалился на их хрупкий мир. Возможно, я и был именно таким – счастливым двинутым типом, который несмотря на проблемы и разрушение, нашел возвышенные моменты истинного себя.

Проникая сквозь окна электрички, свет солнца играл с красками и создавал стимулирующий эффект в моей расширяющейся душе. Волны счастья и радости пронизывали меня насквозь, как патлатые ручки художника. Я думал о звездах, о сказочных существах и о смысле всего этого безумия. – Довези меня к цели, наркожиголо! – воскликнул я, восторженно размахивая руками и пытаясь сделать прыжок в свободу. С каждой остановкой электрички мои мысли и чувства становились все более пырящимися. Я чувствовал, что мир пытается меня поглотить, но я не хотел его отпускать. В конце концов, я и сам был частью этого безумия, и мы воплощали его вместе. Путь продолжался, а время таяло словно лед под африканским солнцем. Мысли и образы настолько смешались, что я уже не мог отличить реальность от граней своего сознания. Каждый звук, каждый цвет, каждое движение казалось мне частью бесконечной, пыряющейся симфонии.

Наконец, моя поездка подошла к концу. Я вышел из электрички и оказался на платформе, словно на другой планете. Пыряясь и шатаясь, я попытался осознать, что произошло. Я понял, что эта поездка – это нечто большее, чем просто обыденное перемещение. Это было путешествие внутрь себя, куда только немногим доводится попасть.